Катеришна (kurlapas) wrote,
Катеришна
kurlapas

Categories:

Маленькое приключение бухгалтера Инны Петровны

Для Заповедника сказок, проект №111, "День событий странных и удивительных"
(цельноспёрто!)

Горячее послеобеденное солнце игриво заглядывало в окно, лишая бухгалтера Инну Петровну последних сил. Разомлевшая от жары, ослеплённая яркими бликами, утомлённая монотонной работой по разнесению платежей, она боролась со сном не на жизнь, а на смерть, сдавая позицию за позицией, и всё больше погружаясь в сладкую, тёплую дрёму.

Вдруг мимо Инны Петровны пробежал менеджер Ивасюк.
Бухгалтер встрепенулась.
- Ивасюк! Ивасюк! Постойте! Вы не сдали оригиналы документов от поставщика за прошлый месяц, Ивасюк! Вернитесь!

Но Ивасюк как будто не слышал Инну Петровну, удаляясь из бухгалтерии весьма быстрым шагом, да еще и подпрыгивая от нетерпения.

Такой наглости бухгалтер снести, конечно, не могла. Не смотря на юный возраст, она вполне осознавала лежащую на ней ответственность и полноту власти. Путаясь, Инна Петровна всунула опухшие ножки в удобные разношенные балетки, выбралась из-за стола, и побежала на Ивасюком.

Она бежала очень-очень быстро, но как только ей казалось, что должник вот-вот будет схвачен, коварный менеджер успевал скрыться за очередным поворотом коридора.

"Господи! Какой странный у нас, всё таки, офис! У меня уже голова кружится!" - с гневом и обидой думала на бегу Инна Петровна.

Наконец бухгалтер заметила, что Ивасюк скрылся за неприметной дверью в конце незнакомого, пыльного коридора. Издав вопль радости, пышная Инна Петровна поднажала, и на первой крейсерской скорости ворвалась в помещение, в котором несколько секунд назад скрылся Ивасюк.

По инерции продолжая перебирать ногами, Инна Петровна вдруг осознала, что бежит не по твёрдому полу, а по воздуху. Точнее, не бежит, а падает. Причем падает быстро, и ничего хорошего её там, куда она падает, наверняка не ждёт.

Память услужливо подсунула бедняжке подборку новостей о падениях в шахту лифта. Инна Петровна зажмурилась, завизжала от ужаса, и приготовилась к скорой и весьма болезненной смерти.

Однако воздух в её сильных, здоровых лёгких закончился, а падение всё продолжалось и продолжалось. Повизжав ещё немного, скорее для порядка, чем от страха, Инна Петровна открыла глаза, и с удивлением заметила, что падает не в черной и холодной шахте лифта, а своем любовно собранном бухгалтерском архиве.
Мимо проносились полки с подписанными её рукой папками, скоросшивателями и коробами. Вот промелькнула спрятанная от любопытных глаз банка со сливовым вареньем. Инна Петровна успела схватить её, и продолжила падать уже с банкой в руках.

"Интересно, это архив стал таким большим или я такой маленькой?" - думала бухгалтер - "Если я стала такой маленькой, то почему банка осталась прежнего размера? А если архив стал большим, то как я попала на самую верхнюю полку? Всё это так непонятно и загадочно! Может, я просто сошла с ума?" - тут Инна Петровна недовольно нахмурилась. - "Надо проверить! Но как? Хммм... Кажется, придумала! Если я сошла с ума, то должна всё перепутать! Повторю-ка я простые проводки. Если я в них запутаюсь, значит, точно сошла с ума!"

Инна Петровна очень обрадовалась своей сообразительности, и начала повторять:
"Дебет шестьдесят-один , кредит пятьдесят.
Дебет десять точка шесть, кредит шестьдесят.
Но не просто шестьдесят, и не шестьдесят и два,
А, представьте, господа,
Шестьдесят-один.

Дебет девятнадцать-три, кредит шестьдесят.
Но не просто шестьдесят, и не шестьдесят и два,
А, всё так же, господа,
Шестьдесят-один.

Дебет шИсятвосемь-два, кредит девятнадцать.
Кредит девятнадцать-три будет отражаться.
Это, значит, НДС, что заплатит нам бюджет-с,
А, точнее, преуменьшит наш платёж в бюджет-с.

Дебет шестьдесят-один, кредит шестьдесят.
Но не просто шестьдесят, а, следите, господа!
Это просто чудеса - шестьдесят и два!

Весьма довольная собой, Инна Петровна засмеялась.
"Ура! Я точно не сошла с ума! Всё таки здорово быть в своем уме, а не сошедшей с него, да еще и не на своей остановке!".

(Надо сказать, что не смотря на стрессовость ситуации, Инна Петровна не ошиблась ни разу, за что ей честь и хвала).

Тем временем воздух потеплел, и повеселевшая бухгалтер догадалась, что скоро её падение закончится. Крепко прижав к себе банку с вареньем, Инна Петровна сгруппировалась, вспомнила, как нужно правильно приземляться, и опустилась пятой точкой на мощно спружинивший под ней батут. После череды больших и малых кульбитов, женщина, наконец, слезла с батута, оправила платье, и вдруг заметила исчезающего вдали менеджера Ивасюка.

Отдохнувшая за время полёта Инна Петровна с новыми силами ринулась в погоню. Но как она ни старалась, ей не удалось приблизиться к менеджеру ни на сантиметр.

Наконец она выбежала в большое помещение, похожее на конференц-зал. Подлого Ивасюка опять не было видно. От досады Инна Петровна выругалась совсем неподходящими для бухгалтера словами.

Отдышавшись, она осмотрелась. Зал действительно напоминал комнату для совещаний в её родном офисе, только был больше раз в пять. Даже шкафы, столы и стулья казались теми же самыми. Отличало его то, что в этом зале было множество дверей самых разных форм и размеров, которые так и манили любопытную бухгалтершу своими возможными удивительными тайнами, или хотя бы возможностью вернуться домой.
Инна Петровна обошла все двери, подергала ручку каждой из них, но все они оказались запертыми.
Инну Петровну это не смутило. Она обшарила все имеющиеся в помещении шкафы, тумбочки, цветочные горшки и просто укромные уголки в поисках ключей, отмычек, шпилек, фомок, но ничего, абсолютно ничего не нашла.
Тогда она попыталась открыть двери с помощью грубой физической силы. Сильная и упорная, как косатка, Инна Петровна налегала на двери плечом, била по ним ногами, колотила по невинным створкам стульями. Не теряя надежды, бухгалтер шептала в замочные скважины пришедшие на ум волшебные слова, вроде "Сезам, откройся!", "Абракадабра!" и даже "Пожалуйста!". Но двери оставались непоколебимо запертыми.
Немного растерявшаяся от такого поворота Инна Петровна села на пол, и задумалась.

" Если в этот зал есть вход, значит, из него должен быть и выход. Выход может быть там же, где и вход, а может быть и в совершенно другом месте. Выходов в другом месте я не нашла, точнее, они все заперты, стало быть, надо поискать выход во входе!"

Инна Петровна вскочила на ноги, и резво, как девочка, побежала к выходу из конференц-зала. Но и тут её ждало разочарование. Дверь выходила в длинный, унылый коридор, в котором виднелись арки проходов в другие коридоры, и все эти бесконечные варианты слегка остудили уверенную в скором возвращении домой женщину.

Инна Петровна вернулась в конференц-зал, и снова начала думать.
"Самостоятельно отсюда выбраться я не могу. Значит, нужно найти кого-то, кто меня выведет, или покажет дорогу. Пока никого живого я не видела. Но точно знаю, что кто-то должен быть. И этот кто-то, конечно, Ивасюк! Он меня сюда завел, он меня и выведет!".

Приободрившаяся Инна Петровна откашлялась, сосредоточилась, и максимально ласковым, нежным баском, начала звать:

- Ивасю-ю-юк! Ивасю-ю-ючек! Выходи-и-и-и! Я тебя вареньем угощу, Ивасюк, сливовым! Выходи, пожалуйста! Я ругаться на тебя не буду, честное бухгалтерское слово! Клянусь драгоценным здоровьем Марьванны, главбуха нашего, чтоб она не кашляла!

Но лишь тишина была ей ответом.

Тогда заскучавшая Инна Петровна вздохнула, открыла банку с вареньем, и начала его есть. Конечно, она знала, что есть много варенья вредно, но решила съесть немного, тем более, банка была не особо большой, так что ничего плохого не должно было случиться. Ничего плохого и не случилось. Просто Инна Петровна начала расти, расти, и выросла большая-пребольшая, такая большая, что конференц-зал стал ей тесен. Сначала она, конечно, расстроилась, но потом обрадовалась. Ведь сил у неё стало ого-го, как много, а значит выломать двери не составит для неё никакого труда.
Не теряя ни секунды, Инна Петровна начала бить мощным кулаком во все двери подряд. По какому-то странному, необъяснимому стечению обстоятельств, только одна дверь поддалась напору нашей грозной валькирии.
Обрадованно взвизгнув, Инна Петровна вперила взор в открывшееся за дверью пространство, и с удивлением увидела прекрасный песчаный пляж, синее море, и восхитительных, черноглазых, белоснежно улыбающихся мужчин, жестами зовущих Инну Петровну к себе. Изумление её было так велико, что забыв про свои новые габариты, она попыталась протиснуться в маленькую дверку, за которой был вожделенный пляж. Но влезь в неё смогла только правая рука Инны Петровны, правда, сразу по локоть.

- Да что же это такое?! - закричала крайне раздосованная бухгалтерша - Неужели из-за этого варенья я навсегда останусь такой огромной, и не смогу попасть на этот прекрасный пляж, к этим восхитительным мужчинам?! Нет! Так не пойдёт! Мне нужно срочно похудеть, прямо сейчас! Но как, как?.. Вспомнила! Чтобы похудеть, нужно много двигаться!"

И неунывающая и решительная женщина тут же перешла от слов к делу. Она начала тяжело дышать, сжимать и разжимать пальцы, хмурить брови, выпучивать глаза, надувать щеки, и даже высовывать язык (последнего обычно она себе не позволяла, даже когда оставалась одна дома, и ее никто не видел).
И постепенно дело пошло! С каждой минутой двигаться становилось всё легче, и Инна Петровна заметила, что начала уменьшаться. Наконец она достигла своего обычного размера, схватила банку с остатками варенья, и выбежала на пляж.

Увы! К огромному разочарованию Инны Петровны пляж был пуст! Белозубые мужчины покинули его, и только следы на песке подтверждали, что они тут были. Расстроенная Инна Петровна пошла вдоль этих следов, надеясь выйти хоть куда-нибудь.

Цепочка следов привела её к радужному зонтику, под которым сидел пожилой растаман.
- Уважаемый! - обратилась к нему Инна Петровна - Подскажите, пожалуйста, как мне найти менеджера Ивасюка, тех дивных мужей, по чьим следам я иду, и как вообще выбраться из этого странного места обратно в бухгалтерию? А то у меня еще зарплата не начислена, и вечером я записана на педикюр.

Растаман затянулся душистым косячком, выпустил облако разноцветного дыма, и, прищурившись, нескромно осмотрел зардевшуюся Инну Петровну с головы до ног.

- Я не знаю, о чем ты говоришь, малышка, но всё в руках Джа, и на всё его воля.
- А как мне его найти, этого товарища Джа?
- Да кто же знает.. - протянул дед, и хитро покосился на банку с остатками варенья.
- А Вы всё таки узнайте! - с нажимом ответила Инна Петровна, протягивая растаману банку.

Он усмехнулся. Открыл банку, неторопливо доел варенье, и произнёс:

- Джа внутри каждого из нас, и вокруг, и везде! Небо, море, солнце, любовь, позитив, и, может, немного этих забавных курительных штучек..

Он порылся в карманах, и вытащил горсть небольших, симпатичных сигареток.

И вот тут произошло действительно странное и удивительное событие! Обычно очень сдержанная, подозрительная и рассудительная Инна Петровна протянула руку, выбрала самую красивую сигарету, прикурила от зажигалки довольно качающего головой растафари-деда, сделала глубокую затяжку, и выдохнула облако искрящегося, весело смеющегося дыма!

Мир вокруг Инны Петровны тут же изменился. Краски стали ярче, звуки - громче, ветер обрёл голос и запах, а звезды покинули свои веками насиженные места, и полетели к земле, чтобы танцевать с прекрасной, покрывшейся цветами Инной Петровной. Старый растаман растворился в вихре кружащегося песка. Осталась только его широкая, открытая улыбка.
- Дааа, малышка, теперь ты вкуриваешь! - сказала улыбка, и попыталась игриво укусить хохочущую Инну Петровну за розы, лилии, и наивно распахнутые ромашки. - Стань нашей королевой, красавицей-невестой, владычицей огня, воды и земли, грозной ревнительницей равновесия, повелительницей дебета, кредита, а так же всех балансовых и забалансовых счетов!

Инна Петровна сразу же согласилась, потому что ну кто, кроме неё, смог бы справиться с этой серьёзной и очень ответственной работой?

Как только она дала согласие, на пляже появились те самые черноглазые мужчины, встречи с которыми так жаждала Инна Петровна. Они окружили её, начали петь, танцевать, хлопать в ладоши, и оказывать те знаки внимания, которые положены женщине её статуса и положения.
Только один мужчина все время фальшивил, мельтешил, размахивал какими-то бумажками, и противным голосом звал: "Инна Петровна! А Инна Петровна! Инна Петроооовнаааа!", чем раздражал Инну Петровну невероятно. Она попыталась отмахнуться от него, как от назойливого комара, крикнула: "Да отрубите же вы ему голову!", дёрнулась, взмахнула руками, и.... проснулась.

- Инна Петровна, да что же это такое! - надрывался менеджер Ивасюк, размахивая перед её носом пачкой документов. - Разве можно спать на рабочем месте?! А еще говорите, что работы у Вас много! Ээх! Ну да ладно. Принес я Вам долги по документам, получите-распишитесь. И, кстати, за прошлый квартал тоже принес!

Он положил перед ошарашенной Инной Петровной бумаги и гордо удалился.

Совершенно растерянная и ничего не понимающая Инна Петровна потёрла лоб.
В её ушах ещё звучала музыка, а нос чувствовал запах цветов и ветра, но вокруг был её кабинет, шкаф с документами, чахлый спатифиллум и довольно урчащий маленький холодильник. Солнце перестало заглядывать в окно, ушло дальше по своим делам. Рабочий день близился к концу.
Притихшая Инна Петровна пошла в архив, чтобы там, в тишине и прохладе, привести себя в порядок.

В архиве всё было как всегда. Пахло старой бумагой и пылью. Строгость и собранность архива придали Инне Петровне спокойствия и сил. Она привычно пробежалась глазами по полкам, читая корешки папок. 2012 год, входящие, исходящие, акты, банк, книга покупок, книга продаж, требования налоговой... И тут Инна Петровна вскрикнула, и зажала себе рот ладонью. Там, где раньше стояла банка со сливовым вареньем, лежал маленький, как для коктейля, радужный зонтик, ромашка, и докуренный, еще слегка дымящийся, косячок.
Tags: графоманьячество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 55 comments